Сумин Алексей Николаевич — заведующий лабораторией коморбидности при сердечно-сосудистых заболеваниях
Сосновый бул., д. 6, г. Кемерово, 650002
Тел.: 8 (3842) 64–44–61
Aleksey N. Sumin, MD, PhD, DSc, Head, Laboratory of Comorbidity in Cardiovascular Diseases
6 Sosnoviy blvd., Kemerovo, 650002
Phone: 8 (3842) 64–44–61
Щеглова Анна Викторовна — научный сотрудник лаборатории коморбидности при сердечно-сосудистых заболеваниях
Кемерово
Anna V. Shcheglova, MD, Researcher, Laboratory of Comorbidity in Cardiovascular Diseases
Kemerovo
Цель исследования — изучить ассоциации типа личности Д и уровня депрессии с копинг-стратегиями преодоления стресса у больных ишемической болезнью сердца (ИБС). Материалы и методы. В исследование включены 112 пациентов (68 мужчин и 45 женщин) в возрасте от 25 до 81 года, поступивших на плановое чрескожное коронарное вмешательство в ФГБНУ «НИИ КПССЗ». Для определения типа личности Д использовали опросник DS-14. Для определения уровня тревоги и депрессии использовали госпитальную шкалу HADS (Hospital Anxiety and Depression Scale). Для оценки копинг-стратегий использовали опросники «Способы совладающего поведения» (Ways of Coping Questionnaire, WCQ) и «Индикатор стратегий преодоления стресса» (The Coping Strategy Indication, CSI). Больных разделили на группы в двух вариантах: 1) с наличием или отсутствием типа личности Д и 2) с наличием субклинической или клинической депрессии и ее отсутствием. Результаты. Наличие типа личности Д выявлено у 35,4 % больных, отсутствие — у 64,6 % пациентов. Наличие депрессии выявлено у 25,5 % больных, отсутствие депрессии — у 74,5 % больных. Больные с типом не-Д чаще применяли редкое использование стратегий «Самоконтроль» (р = 0,04) и «Бегство-избегание» по сравнению с типом Д (р = 0,05). Больные с депрессией чаще использовали стратегии «Разрешение проблем» (43 % и 11 %, р = 0,020), «Поиск социальной поддержки» (43 % и 5 %, р = 0,001) и «Избегание» (21 % и 2 %, р = 0,012), редко использовали «Конфронтационный копинг» (36 % против 9 %, р = 0,001), без депрессии — умеренное использование данной стратегии (66 % против 43 %, р = 0,033). Независимыми факторами, ассоциированными с типом Д, оказались уровень тревожности (р = 0,022), наличие депрессии (р = 0,044) и умеренное предпочтение копинг-стратегии «Принятие ответственности» (р = 0,019). Модель бинарной логистической регрессии была статистически значимой (χ2(3) = 19,3, p < 0,001). Независимыми факторами, ассоциированными с депрессией, были уровень негативной возбудимости (р = 0,001) и редкое использование стратегии «Конфронтационный копинг» (р = 0,001). Модель бинарной логистической регрессии была статистически значимой (χ2(2) = 21,9, p < 0,001). Заключение. У больных ИБС с депрессией выявлено преобладание копинг-стратегий: «Стратегия поиска социальной поддержки», «Стратегия избегания», «Стратегия разрешения проблем» и реже — «Конфронтационный копинг». При типе личности Д реже использовали копинг-стратегию «Самоконтроль» и чаще — стратегию «Бегство-избегание».
Objective. To study associations of personality type D and depression level with coping strategies for coping with stress in patients with coronary heart disease (CHD). Design and methods. The study included 112 patients (68 men and 45 women), aged 25 to 81 years, who were admitted for elective percutaneous coronary intervention at the Research Institute for Complex Issues of Cardiovascular Diseases. To determine the type of personality D, the DS-14 questionnaire was used. To determine the level of anxiety and depression, the hospital scale HADS (Hospital Anxiety and Depression Scale) was used. To evaluate coping strategies, the questionnaires “Ways of Coping Behavior” (WCQ) and “Indicator of Coping Strategies” (The Coping Strategy Indication, CSI) were used. The patients were divided into groups in two variants: 1) with the presence or absence of personality type D and 2) with the presence of subclinical or clinical depression and its absence. Results. The presence of personality type D was detected in 35,4 % of patients, absence — in 64,6 % of patients. The presence of depression was detected in 25,5 % of patients, the absence of depression — in 74,5 % of patients. Patients with type no-D were more likely to use rare “Self-control” strategies (p = 0,04) and “Escape-avoidance” compared to type D (p = 0,05). Patients with depression more often used the strategies of “Problem resolution” (43 % and 11 %, p = 0,020), “Search for social support” (43 % and 5 %, p = 0,001) and “Avoidance” (21 % and 2 %, p = 0,012), rarely used “Confrontational coping” (36 % vs. 9 %, p = 0,001), without depression — moderate use of this strategy (66 % vs. 43 %, p = 0,033). The independent factors associated with type D were the level of anxiety (p = 0,022), the presence of depression (p = 0,044) and a moderate preference for the coping strategy “Taking responsibility” (p = 0,019). The binary logistic regression model was statistically significant (χ2(3) = 19,3, p < 0,001). Independent factors associated with depression were the level of negative excitability (p = 0,001) and the rare use of the “Confrontational coping” strategy (p = 0,001). The binary logistic regression model was statistically significant (χ2(2) = 21,9, p < 0,001). Conclusions. In patients with CHD with depression, the predominance of coping strategies was found: “Social support search strategy”, “Avoidance Strategy”, “Problem resolution Strategy” and, less often, “Confrontational coping”. With personality type D, the coping strategy “Self-control” was used less often and the “Escape-avoidance” strategy was used more often.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.