Актуальность. Колхицин, традиционно применяемый для лечения подагры, в последние годы приобрел статус перспективного средства для лечения ишемической болезни сердца (ИБС) благодаря противовоспалительным свойствам. Однако его использование сопровождается противоречивыми клиническими данными и потенциальными рисками.
Цель исследования — систематизировать современные доказательства эффективности и безопасности колхицина при сердечно-сосудистых заболеваниях, выделив ключевые зоны уверенности и неопределенности.
Материалы и методы. Проведен анализ 35 клинических исследований (2021–2025 гг.), включая рандомизированные контролируемые испытания (LoDoCo2, COLCOT, CLEAR), метаанализы и когортные исследования. Исследование выполнено при финансовой поддержке Российского научного фонда (Соглашение № 25-15-20110).
Результаты. Доказанные преимущества: снижение риска сердечно-сосудистых событий (сердечно-сосудистой смерти, инфаркта миокарда или ишемического инсульта) на 28 % при хронической ИБС; стабилизация атеросклеротических бляшек (+ 34,2 мкм толщины фиброзной покрышки); эффективность в предотвращении послеоперационной фибрилляции предсердий (↓33 %). Противоречивые данные: отсутствие пользы при остром коронарном синдроме (отношение шансов (odds ratio, ОШ) 0,99); повышенный риск деменции при длительном приеме (ОШ 1,45). Ключевые вопросы безопасности: желудочно-кишечные осложнения (+ 3,6 %); тенденция к росту несердечной смертности (+ 38 %); дозозависимый рост риска развития деменции (+ 45 %).
Заключение. Колхицин представляет собой перспективный инструмент вторичной профилактики атеротромбоза, сочетающий многовековой опыт клинического применения с современным пониманием молекулярных механизмов воспаления. Его ниша — пациенты с хронической ИБС и сохраняющейся воспалительной активностью, где он дополняет стандартную терапию, не увеличивая при этом риск кровотечений, в отличие от более агрессивных антитромботических стратегий. Дальнейшие исследования должны прояснить его роль в острых состояниях и оптимизировать схемы назначения с учетом индивидуальных профилей безопасности.

Актуальность. Одним из важнейших регуляторов артериального давления является ангиотензинпревращающий фермент (АПФ). Высокий уровень АПФ обусловливает повышенный риск развития артериальной гипертензии (АГ) и других заболеваний. Получены GWAS-данные о генетических детерминантах АПФ, однако лишь часть из них находится в гене (рядом с геном) ACE, а значительная часть расположена в других регионах генома. Понимание механизмов, лежащих в основе связи GWAS-значимых полиморфизмов с уровнем/активностью АПФ, позволит значительно расширить использование этих локусов в научных исследованиях при изучении генетических детерминант патологических состояний, связанных с повышенным уровнем артериального давления (АД), и создаст предпосылки для их внедрения в практическую медицину как генетических маркеров риска развития АГ и других заболеваний.
Цель исследования — изучить функциональные эффекты однонуклеотидных полиморфных локусов (от англ. single nucleotide polymorphism, SNP), ассоциированных с уровнем/активностью АПФ по GWAS-данным.
Материалы и методы. Мы оценили функциональные эффекты GWAS-значимых полиморфизмов, ассо­циированных с уровнем/активностью АПФ, на основе анализа их эпигенетических влияний (база данных HaploReg v.4.2), связи с экспрессией (eQTL), альтернативным сплайсингом генов (sQTL) (использовалась база GTEx Portal V10), альтернативным полиаденилированием мРНК (aQTL) (использовалась база 3′aQTL- атлас), биологических путей и белковых взаимодействий (STRING, V12.0).
Результаты. Среди 14 GWAS- значимых для уровня/активности АПФ полиморфных локусов, часть SNP (n = 8, rs116112765, rs4968782, rs3730025, rs4308, rs4343, rs4353, rs4362, rs4363) локализуется в регионе гена АСЕ, они функционально связаны с 16 генами (ACE, TANC2, FTSJ3, PSMC5, KCNH6, DCAF7, CSH2, ACE3P, TCAM1P, SMARCD2, CYB561, PPIAP55, STRADA, EEF1DP7, TEX2, LIMD2) и могут оказывать на ген АСЕ непосредственное эпигенетическое, eQTL, sQTL, aQTL влияние. Другая часть GWAS-значимых для уровня/активности АПФ SNP (n = 6, rs7626301, rs8176746, rs507666, rs115478735, rs495828, rs11603123) расположена вне региона гена АСЕ и проявляет свои функциональные эффекты по отношению к другим 16 генам (HRG-AS1, HRG, LCN1P1, Y_RNA, ABO, ST3GAL4, KIRREL3, OBP2B, SURF6, SURF1, REXO4, DBH-AS1, MED22, DBH, MYMK, SLC2A6). Влияние этих локусов на уровень/активность АПФ, по-видимому, может реализовы­ваться через белковые продукты, кодируемые этими генами, которые участвуют в таких значимых для уровня/активности АПФ биологических путях, как образование АПФ в эндотелиальных клетках легких и клетках крови (через активирующее действие гормонов щитовидной железы и кальция); образование эндотелиальных клеток, в которых синтезируется АПФ, в процессе ангиогенеза и регенерации эндотелия; поддержание жизнеспособности клеток — продуцентов АПФ за счет регуляции их митотического цикла; обеспечение стабильности АПФ посредством сиалирования циркулирующего АПФ в плазме; дезактивация АПФ за счет регуляции уровня альбумина, который инактивирует АПФ.
Заключение. Предполагаемой медико-биологической основой, определяющей ассоциации GWAS-значимых для уровня/ак­тивности АПФ полиморфных локусов, может являться как их непосредственное эпигенетическое, eQTL, sQTL, aQTL влияние на данный ген (для SNP, расположенных в регионе гена АСЕ), так и биологические пути, в которые вовлечены белковые продукты, функционально связанные с этими локусами (для SNP, расположенных вне региона гена АСЕ).

Цель исследования — определение сочетания систолической артериальной гипертензии (САГ) и экономически активного возраста (25–64 лет) на основе кросс-секционного исследования в открытой популяции.
Материалы и методы. Кросс-секционное исследование было проведено на репрезентативной выборке мужчин 25–64 лет с откликом 85,0 %. Выделение различных форм ИБС осуществлялось на основании стандартных эпидемиологических методов. САГ регистрировалась при уровнях систолического артериального давления (САД) ≥ 140 мм рт. ст. Для оценки депрессии использовалась анкета ВОЗ «МОНИКА-психосоциальная» (Depression Scale тест MOPSY).
Результаты. С помощью уравнения линейной функции и применения логит-преобразования с расчетом точки разделения рассчитана вероятность определения ИБС. Для каждой переменной, включенной в модель, была произведена оценка отношения шансов Exp(B). Установлено, что при повышении показателя БаллДепр на 1 балл увеличивается риск развития ИБС на 31 %. Наличие артериальной гипертензии по САД также увеличивает риск развития ИБС в 2,2 раза.
Заключение. На основе выявленных закономерностей при проведении кросс-секционного исследования у мужчин экономически активного возраста, проживающих в крупном городе Западной Сибири, продемонстрирована высокая значимость выявления кластера САД и депрессии как фактора риска развития ИБС.

Актуальность. Длительное время в качестве показателя артериальной ригидности, не зависящего от уровня артериального давления (АД) на момент исследования, выступал сердечно-лодыжечный сосудистый индекс (cardio-ankle vascular index, CAVI). Российскими разработчиками был предложен индекс артериальной ригидности START (STiffness of ARTeries), рассчитываемый с использованием онлайнкалькулятора на основе измеренной скорости распространения пульсовой волны и АД.
Цель исследования — провести анализ взаимосвязи индексов START и CAVI с антропометрическими данными, уровнем АД и параметрами легочной функции у пациентов с хронической обструктивной болезнью легких (ХОБЛ).
Материалы и методы. В исследование были включены 72 пациента с диагнозом ХОБЛ. Всем пациентам для определения CAVI, сердечно-лодыжечной скорости распространения пульсовой волны (heart-ankle pulse wave velocity, haPWV) и АД была выполнена объемная сфигмография и рассчитан сердечно-лодыжечный индекс START (heart-ankle START, haSTART). Оценка вентиляционных нарушений проведена методом спирометрии и бодиплетизмографии. Для статистической обработки был проведен частный корреляционный анализ, определена внутриклассовая корреляция между индексами CAVI и haSTART, были построены регрессионные модели для обоих индексов артериальной ригидности.
Результаты. Определялась сильная корреляция индекса CAVI с индексом haSTART (r = 0,97, p < 0,001). Внутриклассовая корреляция индекса haSTART с индексом CAVI составила 0,848 (95-процентный доверительный интервал (95 % ДИ) 0,756–0,905). Наблюдалась значимая положительная частная корреляция индексов CAVI и haSTART с возрастом (r_ч = 0,34, p = 0,005 и r_ч = 0,32, p = 0,007 соответственно) и со средним АД (АДср) (r_ч = 0,46, p < 0,001 и r_ч = 0,48, p = < 0,001 соответственно). Частная корреляция CAVI и haSTART с индексом массы тела (ИМТ) была отрицательной (r_ч = −0,38, p = 0,001 и r_ч = −0,31, p = 0,010). Оба параметра артериальной ригидности значимо коррелировали с параметрами легочной функции, наиболее высокой частная корреляция индексов CAVI и haSTART была с остаточным объемом легких (ООЛ) (r_ч = 0,48, p < 0,001 и r_ч = 0,49, p < 0,001 соответственно). По результатам регрессионного анализа были получены следующие модели регрессии: CAVI = 1,530 + 0,062 × возраст – 0,084 × ИМТ + 0,041 × АДср + 0,009 × ООЛ, F = 13,94, p < 0,001, R² = 0,45 и haSTART = −8,122 + 0,135 × возраст – 0,149 × ИМТ + 0,095 × АДср + 0,021 × ООЛ, F = 12,57, p < 0,001, R² = 0,43.
Заключение. Индексы haSTART и CAVI могут быть использованы для оценки артериальной ригидности у пациентов с ХОБЛ. Выявлены схожие паттерны связей обоих индексов артериальной ригидности с возрастом, ИМТ, уровнем АД и с параметрами легочной вентиляции. Сильная корреляция между индексами CAVI и haSTART и высокая согласованность между индексами свидетельствует о схожих результатах коррекции скорости распространения пульсовой волны по уровню АД.

Цель исследования — описать особенности состава тела и их взаимосвязь с уровнем физической активности у пациентов с артериальной гипертензией (АГ) и метаболически ассоциированной жировой болезнью печени (МАЖБП).
Материалы и методы. Обследовано 133 пациента обоего пола с АГ 1–2-й степени и МАЖБП. Средний возраст участников исследования составил 48,0 ± 7,99 года, среди них 58 женщин (43,6 %). Всем пациентам были выполнены антропометрические измерения, оценка силы и функции скелетных мышц, инструментальные исследования. Количественное определение состава тела (жировой, безжировой и костной массы) осуществлялось методом двухэнергетической рентгеновской абсорбциометрии. Для оценки физической активности использовалась краткая форма Международного опросника по физической активности (IPAQ). Статистический анализ полученных данных осуществлялся с помощью пакета статистической программы SPSS 27.0 (IBM, США). Различия между показателями считали значимыми при p < 0,05.
Результаты. У пациентов с АГ и МАЖБП выявлены изменения состава тела, характеризующиеся увеличением доли жировой и уменьшением доли мышечной ткани, установлены значимые корреляции между повышенной жировой массой, сниженной мышечной массой и низкой силой и функцией мышц, что свидетельствует о высокой вероятности выявления развития саркопенического ожирения у данной категории пациентов.
Выводы. Оценка состава тела, а также ранние вмешательства, направленные на увеличение мышечной массы, улучшение ее структуры и функции, являются ключевыми аспектами при планировании комплекса мер медицинской профилактики у пациентов с АГ и МАЖБП.

Цель исследования — оценить у пациентов с артериальной гипертензией (АГ) динамику уровня офисного артериального давления (АД) и провести анализ факторов индивидуальной вариабельности колебаний АД в различных условиях его измерения.
Материалы и методы. В исследование включены 200 амбулаторных пациентов с АГ, из них 80 мужчин. Медиана возраста 68,0 (58–73) лет. Пациентам измеряли АД осциллометрическим методом по стандартному протоколу (референсное АД), после чего проводили серию измерений в условиях, моделирующих наиболее частые нарушения протокола: отсутствие опоры спины, скрещивание ног, несоответствие манжеты окружности плеча, разговор пациента и предшествующая физическая нагрузка. Оценивали частоту неконтролируемой АГ (систолическое АД (САД) ≥ 140 мм рт. ст. и/или диастолическое АД (ДАД) ≥ 90 мм рт. ст.). Для каждого пациента рассчитывались абсолютные и процентные (PV) сдвиги АД относительно референсного уровня, а также показатель индивидуальной вариабельности колебаний АД SDPV как среднеквадратическое отклонение PV в различных условиях измерения. Группу высокой внутривизитной вариабельности АД составили пациенты верхнего квартиля SDPV. Выявляли предикторы высокой вариабельности АД посредством логистической регрессии и ROC-анализа.
Результаты. Во всех нестандартных условиях измерения, за исключением использования манжеты бóльшего размера, АД увеличивалось в сравнении с референсным уровнем. Наибольший прирост зарегистрирован в положении сидя со скрещенными ногами (в среднем на 13,5/3,0 мм рт. ст.). Частота неконтролируемой АГ возрастала с 19 % по референсному АД до 58,5 % при измерении АД со скрещенными ногами. После коррекции регрессионной модели на пол, возраст и массу тела высокая вариабельность колебаний САД (SDPV ≥ 9,0 %) была независимо ассоциирована с более низким референсным САД < 122 мм рт. ст. (отношение шансов (ОШ) 4,01; 95-процентный доверительный интервал (95 % ДИ) 2,02–7,93) и острым нарушением мозгового кровообращения в анамнезе (ОШ 2,55; 95 % ДИ 1,14–5,72). Высокая вариабельность колебаний ДАД (SDPV ≥ 7,1 %) — с референсным ДАД < 73 мм рт. ст. (ОШ 2,86; 95 % ДИ 1,49–5,50).
Заключение. Нарушение стандартного протокола измерения АД приводит преимущественно к увеличению его уровня и вызывает гипердиагностику неконтролируемой АГ. У пациентов с АГ высокая внутривизитная вариабельность АД в ответ на изменение условий измерения ассоциирована с перенесенным острым нарушением мозгового кровообращения и уровнем референсного АД. Полученные данные подчеркивают необходимость строгого соблюдения установленного протокола измерения АД.

Цель исследования — выявление факторов, ассоциированных с развитием артериальной гипертензии (АГ) за десятилетний период, у людей в возрасте до 45 лет.
Материалы и методы. В исследование были включены жители Новосибирска 25–44 лет, обследованные в 2013–2016 гг. и в 2023–2024 гг. в НИИТПМ — филиале ИЦиГ СО РАН — 174 человека (40,2 % мужчин, 59,8 % женщин), у которых на момент осмотра в 2013–2016 гг. не было зарегистрировано повышения артериального давления (АД). Спустя 10 лет, на осмотре в 2023–2024 гг., у 51 человека была зафиксирована АГ. В статье представлено сравнение двух групп лиц на базе результатов обследования 2013–2016 гг. — 123 человека с нормальным АД и 51 человек с развившейся впоследствии (через 10 лет) АГ.
Результаты. Согласно результатам многофакторного логистического регрессионного анализа, развитие АГ у лиц до 45 лет в течение отдаленного 10-летнего периода было прямо ассоциировано с уровнем САД (ОШ = 1,054, 95 % ДИ (1,009–1,101), р = 0,019) и возрастом (ОШ = 1,124, 95 % ДИ (1,029–1,228), р = 0,009, независимо от пола, употребления алкоголя, окружности талии и уровня липидов.
Заключение. Таким образом, у молодых людей до 45 лет шанс развития АГ в отдаленном 10-летнем периоде увеличивается при повышении САД на 1 мм рт. ст. на 5,4 %, а при увеличении возраста на 1 год — на 2,4 %.

Актуальность. Повышение эффективности терапии артериальной гипертензии (АГ) у коморбидных пациентов является важной медико-социальной задачей, осуществление которой возможно при помощи контроля концентрации антигипертензивных препаратов (АГП).
Цель исследования — оценить влияние концентрации лизиноприла, амлодипина, индапамида на артериальное давление (АД) у коморбидных пациентов с АГ для оптимизации антигипертензивной терапии.
Материалы и методы. Проведено проспективное клиническое контролируемое исследование. У коморбидных пациентов с установленным диагнозом эссенциальной АГ и регулярным приемом лизиноприла, амлодипина и индапамида утром натощак проводился забор крови для определения концентрации АГП методом высокоэффективной жидкостной хроматографии с тандемной масс-спектрометрией. Коморбидность оценивалась на основании индекса Чарлсон.
Результаты. В исследование включено 183 пациента, средний возраст составил 63,4 ± 11,1 года, 42,6 % — мужчины. При проведении ковариационного анализа (ANCOVA) было установлено, что снижение концентрации каждого из изучаемых АГП ниже терапевтического диапазона (ТД) не влияло на величину дневного и ночного систолического и диастолического АД (САД и ДАД). В то же время АД у пациентов, у которых концентрации двух препаратов (амлодипина и индапамида) зарегистрированы ниже ТД, уровни дневного и ночного ДАД статистически значимо (p < 0,05) превышали таковые у пациентов с концентрациями всех АГП в границах ТД. В изучаемой популяции выявлен один пациент с концентрациями всех трех препаратов ниже ТД, у которого уровень дневного САД составил 164 мм рт. ст., дневного ДАД — 102 мм рт. ст., ночного САД — 157 мм рт. ст., ночного ДАД — 97 мм рт. ст.
Заключение. Полученные результаты свидетельствуют о том, что снижение концентрации ниже ТД не менее двух АГП (в нашем исследовании — амлодипина и индапамида) влияет на уровень АД. Анализ концентрации АГП у пациентов с АГ может быть полезным и повысить эффективность проводимой терапии.

Цель исследования — охарактеризовать отношение врачей общей практики к отмене назначения антигипертензивных лекарств пожилым пациентам, выявить их мнение по поводу основных причин и препятствий к депрескрайбингу (ДС).
Материалы и методы. В поперечное исследование были включены 104 врача общей практики, прошедших анонимное очное анкетирование.
Результаты и обсуждение. 73,1 % опрошенных были терапевтами, 3,8 % имели специализацию по гериатрии, 23,1 % были представлены врачами других специальностей. Большинство респондентов (73,1 %) имели врачебный стаж более 10 лет. Клинические эпизоды гипотонии считают часто встречающимися на фоне антигипертензивного лечения у лиц пожилого и старческого возраста 34,6 % врачей, но проводят опрос всех больных с целью их выявления 15,4 %, и только 7,7 % проводят ортостатическую пробу; большинство врачей (65,4 %) либо не проводят, либо редко проводят оценку ортостатической гипотонии, а 34,6 % редко проводят опрос с целью выявления симптомов гипотонии. В качестве причины для ДС были указаны: снижение систолического артериального давления менее 90 мм рт. ст. (34,6 %), падения (11,8 %), гораздо реже (по 3,8 %) — старческая астения, головокружение, невозможность самообслуживания, когнитивный дефицит. Более 40 % респондентов затруднились указать причины для пересмотра антигипертензивной терапии. В целом препятствиями для ДС у пациентов пожилого возраста можно считать недостаточную информированность врачей о выявлении нежелательных реакций и причинах ДС.